В жизни, часто немилой,
И такой быстротечной,
Дай мне, Господи, силы
Для молитвы сердечной.
И такой быстротечной,
Дай мне, Господи, силы
Для молитвы сердечной.
Не по сердцу мне песня модная,
Что могу - расскажу спроста:
Я влюбился в слова Господние,
Золотые слова Христа.
Что могу - расскажу спроста:
Я влюбился в слова Господние,
Золотые слова Христа.
Кто смотрит на закат и на восход,
Но Божьего не чувствует величья,
Тот слеп гораздо более, чем крот,
И от червя нет у него отличья.
Но Божьего не чувствует величья,
Тот слеп гораздо более, чем крот,
И от червя нет у него отличья.
Большое счастье так идти по жизни,
Чтобы оставить чистые следы.
Большое счастье – осчастливить ближних,
Предостеречь кого-то от беды.
Мне милостей Твоих, Господь, не счесть,
Как ни пыталась я, ведь их так много.
Хотя бы то, что я на свете есть,-
Уже за это можно славить Бога.
Как ни пыталась я, ведь их так много.
Хотя бы то, что я на свете есть,-
Уже за это можно славить Бога.
В розовом царстве далекого детства
Помню твое материнское сердце.
Сердце большое такое, надёжное,
Жизнь без тебя была б невозможною,
Мама моя!
Помню твое материнское сердце.
Сердце большое такое, надёжное,
Жизнь без тебя была б невозможною,
Мама моя!
Любовь – достояние каждого,
Учитесь ее применять.
О, сколько святого и важного
Нам нужно друг другу сказать!
Учитесь ее применять.
О, сколько святого и важного
Нам нужно друг другу сказать!
О Господи, даруй прозренье
Душе измученной моей,
Чтоб в суматохе быстрых дней
Не устремиться вслед за тенью,
Душе измученной моей,
Чтоб в суматохе быстрых дней
Не устремиться вслед за тенью,
Чтоб не довериться тому,
Кто лишь над горем посмеётся...
Но в сердце пусть любовь найдётся
К врагу и брату моему.
Кто лишь над горем посмеётся...
Но в сердце пусть любовь найдётся
К врагу и брату моему.
Мы часто говорим, что Бога нет,
А если есть, тогда зачем страданья,
Тревоги, страсти, гнев и испытанья -
Такой запутанный и сказочный сюжет?
А если есть, тогда зачем страданья,
Тревоги, страсти, гнев и испытанья -
Такой запутанный и сказочный сюжет?
Проклятье века - это спешка,
И человек, стирая пот,
По жизни мечется, как пешка,
Попав затравленно в цейтнот.
И человек, стирая пот,
По жизни мечется, как пешка,
Попав затравленно в цейтнот.
Пороки наши, как песок...
И сердце наше, словно бездна.
И наше счастье - ветерок,
Навеянный обрывками из детства...
И сердце наше, словно бездна.
И наше счастье - ветерок,
Навеянный обрывками из детства...
В небе звёздном, Вселенском просторе
Шар земной неустанно кружит,
А на нем, замирая от боли,
Человечество век свой влачит.
Шар земной неустанно кружит,
А на нем, замирая от боли,
Человечество век свой влачит.
Мы в детстве были много откровенней:
-Что у тебя на завтрак? - Ничего. -
-А у меня хлеб с маслом и вареньем.
Возьми немного хлеба моего!
-Что у тебя на завтрак? - Ничего. -
-А у меня хлеб с маслом и вареньем.
Возьми немного хлеба моего!
Маленьким сердцем так трудно любить,
Маленьким сердцем так трудно молиться,
Маленьким сердцем так трудно вместить
Тех, кто живет за сердечной границей!
Многодетные матери – дочери Бога,
Вы – красавицы мира и радость небес!
Улыбаетесь мило и смотрите строго,
Сберегая спокойствие детских сердец.
Вы – красавицы мира и радость небес!
Улыбаетесь мило и смотрите строго,
Сберегая спокойствие детских сердец.
Мы пролетали мимо звёзд
Так высоко в холодном небе,
И быль всё это, или небыль –
Не волновал тогда вопрос.
Но постепенно повзрослели
И на подъём отяжелели,
Куда уж нам теперь до звёзд!
Так высоко в холодном небе,
И быль всё это, или небыль –
Не волновал тогда вопрос.
Но постепенно повзрослели
И на подъём отяжелели,
Куда уж нам теперь до звёзд!
Дети непослушные – сыновья и дочери.
Дерзкие, упрямые, трудно с ними жить.
Дети непослушные – горе дома отчего,
Но любовь родителей им не потушить...
Дерзкие, упрямые, трудно с ними жить.
Дети непослушные – горе дома отчего,
Но любовь родителей им не потушить...
Христианин. Каким он должен быть?
Всегда ли должен радостью светиться?
Все чаще хочется мне плакать и грустить,
Рыдать и горько о родных молиться...
(Об этом таинственном факте сообщила
газета "Вечерний Киев" 27.09.87 г.)
Свидетельства такие мы
относим к чудесам:
писал в «Вечернем Киеве»
об этом доктор сам…
В машине «скорой помощи»
уснул усталый врач.
И вдруг из тихой полночи
услышал женский плач...
Свидетельства такие мы
относим к чудесам:
писал в «Вечернем Киеве»
об этом доктор сам…
В машине «скорой помощи»
уснул усталый врач.
И вдруг из тихой полночи
услышал женский плач...
Я молитвою душу вымою
и пойду босиком по инею.
От улыбки моей, как встарь,
превратится в июль январь.
и пойду босиком по инею.
От улыбки моей, как встарь,
превратится в июль январь.
Мне был предъявлен страшный счёт –
Там сумма непомерная.
И не деньгами был расчет,
Там вовсе дело скверное.
Там сумма непомерная.
И не деньгами был расчет,
Там вовсе дело скверное.
Только матери одной не всё равно,
только Богу одному не всё едино –
то ли ты со многими спускаешься на дно,
то ли ты с немногими восходишь на вершину.
только Богу одному не всё едино –
то ли ты со многими спускаешься на дно,
то ли ты с немногими восходишь на вершину.
Как мы легко могли летать
И к Богу в небо подниматься.
Не приходилось нам стараться,
Ведь это было, как дышать,
Так всё естественно и просто,
Не задавали мы вопросов,
Ведь мы умели сердцем знать.
И к Богу в небо подниматься.
Не приходилось нам стараться,
Ведь это было, как дышать,
Так всё естественно и просто,
Не задавали мы вопросов,
Ведь мы умели сердцем знать.
Снимаю порчу, сглаз снимаю,
Проклятья напрочь уберу
И одиноким помогаю
Счастливую создать семью.
Проклятья напрочь уберу
И одиноким помогаю
Счастливую создать семью.