Потекут людские реки,
Царь и раб - к плечу плечом,
Первый век с последним веком,
Убиенный с палачом.

И в суровой Книге Жизни,
Всё про каждого прочтёт,
Тот, кто нас для жизни вызвал,
Тот, кто видел наперёд.

И неверивший поверит,
Проклиная страсть и плоть,
И Господь ему отмерит,
Изречёт ему Господь:

- Где ж ты был, мой сын жестокий?
Я стучался в дверь твою,
Посылал к тебе пророков,
Говорил про жизнь в раю.

Исцелял тебя в болезни
И в печали утешал,
Ждал тебя..., но бесполезно,
Звал тебя, но ты не внял.

За твою больную душу
На Голгофе был распят,
И просил...., но ты не слушал,
Ты себе готовил ад!

Ты прельщался красотою,
Властью, славою земной,
Ты смеялся надо мною,
Путь избрав себе иной.

Ты презрел мои страданья,
Поселив в душе разврат.
И грешил без покаянья,
И гордыней был объят.

Прожил, душу убивая,
Для утробы, словно зверь,
Ни молитв, ни слёз не зная,
Что же хочешь ты теперь?

Это стихотворение подслушенное мною в Бобруйском СИЗО.